У апостола (1913—1914). Глава из новой книги «Эта короткая жизнь: Николай Вавилов и его время»

Семён Резник

Имя академика Николая Ивановича Вавилова навеки вошло в золотой фонд мировой науки.

Неожиданная и столь нелепая смерть любимой сестры снова повергла Николая в раздумья о быстротечности жизни, которая может оборваться в любой момент. Спасение от мрачных мыслей могла дать только научная работа, если в неё уйти с головой. «Чаянов писал, что надо сжечь себя в обществ[енном] деле. Мне раньше казалось, что это самое необходимое для того, чтобы что-либо сделать. Да и сейчас кажется, что подвиги требуют этого»11.

Но работа в ту тяжёлую осень не клеилась. Он часто бывал на кладбище, вместе с матерью ухаживал за свежей могилой. Мать украсила её еловыми ветками, цветущими хризантемами. Осень была на редкость тёплой, цветы не мёрзли. «Вокруг тихо, покойно и не хотелось уходить»12.

6.

Война, которую власти надеялись завершить быстрой победой, затягивалась, становилась всё более тяжёлой и кровопролитной. Николая в армию не призвали: из-за повреждённого в детстве глаза он был признан негодным. А вот его младший брат Сергей был на фронте с первого дня войны. Письмами близких не баловал.

По окончании университета в 1914 году Сергею предложили остаться при кафедре физики. Ни о чём лучшем будущий учёный не мог и мечтать! Но принять такое предложение он посчитал невозможным: это было бы предательством по отношению к покойному учителю профессору П. Н. Лебедеву, который ушёл из университета в знак протеста против произвола министра Кассо. Последствием отказа остаться в университете стало лишение отсрочки от призыва в армию. В июне 1914 года Сергей Вавилов был вынужден надеть солдатскую форму. А 1 августа разразилась война…

Писем от него долго не приходило, но кто-то из знакомых слышал от кого-то другого, что кто-то третий видел его в госпитале в Варшаве. Николай пытался навести справки и уже готов был мчаться в Варшаву, но потом пришла весточка от Сергея: он был жив и здоров.

Мрачное настроение начинало понемногу рассеиваться.

Николаю предложили сделать доклад в Московском обществе испытателей природы и ещё один — в Петровке. Он с головой ушёл в подготовку докладов, «сжигая себя на общественном деле».

Как ни горька была Вавилову утрата материалов заграничной командировки, но самый ценный груз на дно Северного моря не ушёл — он был упакован в его голове. Николай Иванович Вавилов вернулся в Россию обогащённый новейшими идеями века, всей суммой знаний, что накопила наука о возделываемых растениях.

Начинается новый этап его жизни, — теперь уже он, Вавилов, будет обогащать биологическую науку.

Конечно, такое деление условно: и до первой поездки за границу молодой учёный удивлял зрелостью мысли и публиковал оригинальные исследования, а после возвращения и до конца своих дней он будет жадно вбирать в себя всё лучшее, что созидалось «на глобусе», как он любил говорить.

Но до первой заграничной командировки стремление вбирать в себя было преобладающим, а после более важным стало для него — отдавать.

 

Случайная статья

Статьи по теме


Товар добавлен в корзину

Оформить заказ

или продолжить покупки