К Вяземскому в Остафьево...

Елена Княжева, заместитель директора по научной и экспозиционно-выставочной деятельности Государственного музея-усадьбы «Остафьево» — «Русский Парнас»

Среди первых владельцев усадьбы — представители известных российских фамилий: Ляпуновы, Львовы, Апраксины, Голицыны.

В старину это место называлось «Климово, Нечаево тож» и являлось пустошью сельца Никульского. Нынешнее название Остафьево усадьба получила после её присоединения к одноимённой деревне, находящейся на левом берегу реки Любучи, недалеко от впадения её в Десну (в конце XVIII века иногда встречалось написание «Астафьево»).

Парадный партер. Усадебный дом. Фото Ольги Школьниковой.
Б. Вахромеев. План села Остафьево. 1805 год.
Князь Андрей Иванович Вяземский (1754—1807)
Парадный этаж. Южная анфилада. Фото Ольги Школьниковой.
Овальный зал. Фото Андрея Лисинского.
Лестница в западном ризалите главного дома. Фото Андрея Лисинского.
Кабинет Н. М. Карамзина. Реконструкция. Фото Людмилы Стерховой.
Фрагмент экспозиции «Н. М. Карамзин: жизнь и труды». Фото Людмилы Стерховой.
Библиотека князя А. И. Вяземского и физический кабинет. Фото 1920-х годов.
Князь Пётр Андреевич Вяземский (1792—1878).
Беседка Храм Аполлона. Фото Андрея Лисинского.
Князь Павел Петрович Вяземский (1820—1888).
Памятник Александру Сергеевичу Пушкину. Фото Андрея Лисинского.
Усадебный парк. Памятник Николаю Михайловичу Карамзину. Фото Андрея Лисинского.
Граф Сергей Дмитриевич Шереметев (1844—1918).
Книжный шкаф с книгами из библиотеки графа С. Д. Шереметева. Фото Андрея Лисинского.
До 1929 года семье П. С. Шереметева разрешалось жить в Остафьево, в западном флигеле. Приезжавшие на лето в усадьбу А. В. Луначарский с семейством размещались среди экспонатов в усадебном доме на втором этаже. Сохранился редкий снимок, запечатлевший две семьи — Шереметевых и Луначарских. На лестнице слева — П. С. Шереметев, в центре — дети, справа — А. В. Луначарский с женой, внизу — П. В. Шереметева (урождённая Оболенская), вверху — в инвалидном кресле Е. П. Шереметева. На обороте дарственная надпись И. А. Луначарской, дочери А. В. Луначарского: «Музею Остафьево с наилучшими пожеланиями». Фото 1925—1926 годов.
Фрагмент выставки «Живопись из музея “Останкино”». Фото Людмилы Стерховой.
Памятник Петру Андреевичу Вяземскому. Фото Андрея Лисинского.
Памятник Павлу Петровичу Вяземскому. Фото Андрея Лисинского.
Памятник Василию Андреевичу Жуковскому. Фото Андрея Лисинского.
Фото Андрея Лисинского.
Храм Святой Троицы. Фото Ольги Школьниковой.
Фото Андрея Лисинского.

Среди первых владельцев усадьбы — представители известных российских фамилий: Ляпуновы, Львовы, Апраксины, Голицыны — и выходцы из народной среды, компаньоны-фабриканты К. М. Матвеев и И. И. Сухарев. В 1758 году в Остафьеве была основана суконная фабрика и возведена господская усадьба. На сохранившемся плане 1786 года обозначены плотина с въездной аллеей, жилой дом, хозяйственный двор, аллея, рассекающая фруктовый сад. Центральную часть усадьбы занимал двор, огороженный «ретчитою огородкою».

При наследниках К. М. Матвеева в Остафьеве была построена церковь Святой Троицы (освящена в 1782 году). После долгого перерыва церковь вновь стала действующей в 1991 году.

Первый владелец Остафьева из рода князей Вяземских Андрей Иванович Вяземский (1754—1807), екатерининский вельможа, приобрёл имение в 1792 году. Князья Вяземские принадлежат к одному из древнейших дворянских родов России, родоначальником которого был князь Ростислав-Михаил Мстиславич Смоленский, внук Владимира Мономаха. Фамильный герб Вяземских повторяет герб Смоленского княжества.

В 1782 году с образовательной целью князь Вяземский отправился в четырёхлетнее путешествие по Европе. Из путешествия Андрей Иванович привёз книги, гравюры, произведения живописи, камеи, медали…

Вяземский начал службу полковником Вологодского полка. Затем в чине генерал-майора участвовал в Русско-турецкой войне 1788—1791 годов, служил в Московской военной коллегии. В марте 1796 года князь был назначен нижегородским и пензенским наместником. Своему другу А. Р. Воронцову Андрей Иванович напишет: «Вы не можете себе представить, сколько злоупотреблений… При всём том ни одного верного правила, ни одного закона…»

Решительность и бескомпромиссность в служебных делах осложняли карьеру А. И. Вяземского. Несколько лет он добивался отставки. И только в 1800 году просьба об отставке была удовлетворена. В письме А. Р. Воронцову он отмечал: «…так сладостно наслаждаться небольшой долей свободы… что не нахожу слов, как выразить испытываемое мною… удовольствие…»

Выйдя в отставку, Андрей Иванович занимается обустройством своего имения Остафьево. Он возобновляет работы на суконной фабрике. Средства, полученные от продажи сукон, направляет на возведение усадебного дома и устройство парка.

Планировка основного ядра архитектурно-паркового ансамбля осталась такой же, как при прежних владельцах. Усадебный дом возводился с 1800 по 1807 год в стиле зрелого классицизма по проекту неизвестного архитектора и представлял собой двухэтажное увенчанное бельведером здание, соединённое открытыми колоннадами дорического ордера с двумя симметрично расположенными флигелями. Главным декоративным элементом парадного фасада стал шестиколонный портик коринфского ордера, завершившийся треугольным фронтоном. Парковый фасад отличали выступающие ризалиты и полукруглая центральная часть — ротонда, украшенная пилястрами коринфского ордера. Расположение дома, его архитектурное решение позволяли достичь необыкновенной гармонии с окружающей природой.

Об интерьерах остафьевского дома того периода сохранилось мало сведений. Однако в 1924 году в № 7—8 журнала «Среди коллекционеров» искусствовед и знаток русской усадьбы А. Н. Греч (председатель Общества изучения русской усадьбы в 1920-е) опубликовал работу «Убранство остафьевского дома», в которой рассказал об усадьбе, её коллекциях и интерьерах дома на начало XX века.

Из этой работы стало известно, что расположение помещений главного дома было традиционным. Центром композиционного решения служили вестибюль и овальный зал. Вдоль главного и паркового фасадов располагались анфилады комнат. Нижний этаж занимали парадные помещения, верхний — жилые. Парадные залы были всегда открыты для многочисленных гостей, собиравшихся по вечерам в овальном зале. Мерцающие огни освещали стены из розового искусственного мрамора с сероватыми коринфскими полуколоннами. Здесь устраивались балы и праздничные приёмы. Высокие застеклённые двери зала в летний период настежь открывались в парк. Кроме дома в состав ансамбля усадьбы входили, ныне большей частью утраченные, строения: оранжереи, грунтовый сарай, каменные людские покои, кирпичный завод, деревянные амбары и сараи, теплицы, парники, два моста, в том числе мост-плотина через реку Любучу.

Перед южным фасадом дома был устроен «круглый луг» (подобие английского газона) со стриженой зелёной травой. Посередине луга установили солнечные часы и пушку. В 50-х годах XIX века их заменили на вазу-фонтан. Вокруг партера въездная аллея раздваивалась, образуя односторонний круговой объезд для прибывающих и отъ-езжающих.

К дому примыкал регулярный парк, переходящий в пейзажный с его извилистыми дорожками, небольшими лужайками и группами берёз и лип. С востока парк обрамлял пруд. Это было самое живописное место. После смерти жены в 1802 году князь с ранней весны и до глубокой осени жил в Остафьеве, достраивал дом, занимался хозяйством, фаб-рикой, принимал гостей.

Андрей Иванович перевёз в Остафьево из своего московского дома семейный архив, библиотеку, которая перед революцией 1917 года насчитывала свыше тридцати двух тысяч томов, коллекции картин, резных камней и старинных монет, античных и египетских древностей, положив начало ценнейшему остафьевскому собранию Вяземских.

Усадьба Остафьево стала не только фамильным гнездом, но и «сборищем всех именитостей умственных». Дипломаты, государственные деятели, литераторы, философы, путешественники, учёные и художники «съезжались… на беседу, потолковать, поспорить, развязать мысль свою…». Впоследствии Пётр Андреевич Вяземский называл отца «гостеприимным собирателем Московской земли». Шотландский художник Роберт Кер Портер, путешествовавший по России и посетивший Остафьево в 1806 году, писал в своих заметках: «Мой хозяин был не только образцом гостеприимства, но и отличался большой образованностью и талантами. Его дворец… обладает всеми приспособлениями для самых весёлых развлечений, а равно и для глубочайшего исследования…»

Среди гостей князя особо выделялся Николай Михайлович Карамзин (1766—1826), известный литератор, журналист, издатель популярных журналов («Аглая», «Аониды», «Московский журнал», «Вестник Европы»), имевший в свете большой успех. С Андреем Ивановичем Вяземским их объединяли общие интересы, круг знакомых.

В 1803 году Карамзин был официально назначен придворным историографом с ежегодным пенсионом в две тысячи рублей. В начале 1804 года Николай Михайлович женился на внебрачной дочери А. И. Вяземского Екатерине Андреевне Колывановой (1780—1851). Остафьево становится местом напряжённого труда историка. Здесь были написаны семь томов и начат восьмой из двенадцати томов «Истории государства Российского».

Рабочий кабинет Карамзина располагался на втором этаже западного ризалита: «Голые штукатуренные стены, выкрашенные белою краскою, широкий сосновый стол, в переднем углу под окнами стоящий, ничем не прикрытый, простой деревянный стул, несколько козлов с наложенными досками, на которых раскладены рукописи, книги, тетради, бумаги…»

Николай Михайлович был настолько поглощён своей работой, что ни о чём не мог думать и говорить, кроме «Истории…». Вся жизнь семьи была подчинена его труду. Князь П. А. Вяземский вспоминал: «Карамзин вставал довольно рано, натощак ходил гулять пешком или ездил верхом, в какую пору года ни было бы и в какую бы ни было погоду. Возвратясь, выпивал две чашки кофе, за ними выкуривал трубку табаку и садился вплоть до обеда за работу, которая для него была также пища и духовная, и насущный хлеб… Во время работы отдохновения у него не было, и утро его исключительно принадлежало “Истории…”»

Карамзин любил Остафьево. Особенно нравились историку прогулки по берёзовой аллее в берёзовую рощу. Впоследствии и аллею, и рощу назовут «карамзинскими». В 1860-е годы в память о Карамзине перед парадным фасадом дома были высажены два дуба, сохранившиеся до наших дней.

После смерти князя Карамзин принял на себя заботу о его детях — дочери Екатерине и сыне Петре…

В 1807 году владельцем Остафьева становится Пётр Андреевич Вяземский (1792—1878), поэт, переводчик, литературный критик и мемуарист.

Умный и общительный воспитанник Карамзина «скоро сделался идолом молодёжи, которую роскошно угащивал и с которою делил буйные забавы. Он никогда не зазнавался, всегда оставался доброжелателен, сострадателен и любящ». (Записки Филиппа Филипповича Вигеля.)

Должность в Московской межевой канцелярии давала возможность молодому князю не ходить «в присутствие». Он жил то в Москве, то в Остафьеве, много читал, занимался латынью, писал стихи. В 1808 году в журнале «Вестник Европы» опубликовано его стихотворение «Послание к *** в деревню», обращённое к Василию Андреевичу Жуковскому. Начало критической журналистики было ознаменовано изданием в альманахе «Цветник» статьи «Два слова постороннего» (1809). Карамзин внимательно наблюдал за первыми опытами своего воспитанника и в 1816 году благословил его на литературное поприще.

Случайная статья

Статьи по теме


Товар добавлен в корзину

Оформить заказ

или продолжить покупки