Экспедиция Г.Я. Седова на Северный полюс

22 марта 1912 г. старший лейтенант Георгий Яковлевич Седов приступил к организации первой русской экспедиции к Северному полюсу.

22 марта 1912 г. — 25 лет назад — старший лейтенант Георгий Яковлевич Седов приступил к организации первой русской экспедиции к Северному полюсу. В этот день он подал в Главное гидрографическое управление рапорт, в котором сообщал о своем намерении отправиться на Северный полюс и излагал план намечаемой им экспедиции.

«Фока» и шторм у мыса Сухой Нос (рис. П. Г. Kyшакова).
Рисунки полярных сияний Н. В. Пинегина.
Последняя фотография Г. Я. Седова перед его выходом к Северному полюсу.
Ледяная гора (с фотографии).
«Фока» у берегов Новой Земли.

Организация экспедиции

Этот план рисовался Седову в следующих общих чертах. Около 14 июля 1912 г. экспедиция должна отплыть из Архангельска в составе 14 чел. с 50 собаками. Сначала экспедиция направляется на Землю Франца Иосифа, где ей предстоит зимовка. Во время зимовки экспедиция исследует берега этого острова, а также исследует его в промысловом отношении. Кроме того, должны быть определены астрономические пункты, собраны коллекции, организована гидрометеорологическая станция и сооружен маяк у наилучшей якорной стоянки.

С первыми лучами солнца в 1913 г. экспедиция должна отправиться на север на судне или пешком по льду. Во втором случае часть экипажа оставляется на судне; до возвращения полюсной партии она будет продолжать гидрометеорологические наблюдения. Полюсная партия во главе с начальником экспедиции идет к полюсу с таким расчетом, чтобы в течение светлого времени года достигнуть полюса и вернуться обратно к судну или же дойти до Гренландии, в зависимости от обстоятельств.

Если к намеченному сроку полюсная партия не вернется, то судно уходит обратно. Предполагается, что экспедиция сумеет возвратиться не ранее осени 1913 г. или лета 1914 г. Стоимость экспедиции была исчислена Седовым в 70 тыс. руб. (стоимость экспедиции Нансена на «Фраме» достигла почти 1 млн. руб.).

Г. Я. Седов

Прежде чем рассказать о том, как относилось к смелому проекту Г. Я. Седова царское правительство и русское общество, надо сказать несколько слов о самом Седове.

Георгий Яковлевич родился в 1877 г. в рыбацком хуторе Кривая Коса на берегу Азовского моря. Отец его, бедный рыбак, готовил и своего сына в рыбаки, но последний стремился к большему, в то же время испытывая необычайное влечение к морю. После окончания начального училища Георгий бежал из дому и поступил на шкиперские курсы в Ростове-на-Дону, которые и окончил в 1898 г.

В течение двух лет после этого он плавал на судах коммерческого флота в Черном и Средиземном морях, а затем поступил добровольцем в военный флот. После сдачи экзамена за курс морского корпуса Седов в 1901 г. получил чин «поручика по адмиралтейству». Он поступает в Главное гидрографическое управление, которое назначило его в гидрографическую экспедицию Северного ледовитого океана под начальством известного полярника А. Н. Варнека. Здесь Седов впервые столкнулся с суровой арктической природой и здесь-то у него и зародились мысли о самостоятельных полярных исследованиях, которые окончательно созрели к началу 1912 г.

В 1909 г. Седов был командирован для самостоятельного исследования устья р. Колымы, а в следующем году на Новую Землю, где ему было поручено произвести съемку и промер Крестовой губы.

Впоследствии Варнек, узнав об организации под начальством Седова экспедиции к Северному полюсу, в следующих выражениях аттестовал своего бывшего подчиненного:

«Всегда, когда надо было найти кого-нибудь для исполнения трудного и ответственного дела, сопряженного с немалой опасностью среди полярных льдов, мой выбор падал на Седова, и он исполнял эти поручения с полной энергией, необходимой осторожностью и знанием дела. Его дальнейшие самостоятельные и трудные работы... еще раз убеждают в том, что составленное мною мнение о капитане Седове как об энергичном, знающем и дельном работнике не было ошибочно и дает полное право надеяться, что он первый достигнет полюса и водрузит там русский флаг».

В конце этой аттестации Варнек допустил ошибку, ибо к тому времени Северный полюс был открыт американцем Робертом Пири в 1909 г.

Таково было мнение авторитетного специалиста, близко знавшего Седова. Но, несмотря на это, проект Седова не встретил сочувствия в правительственных сферах, и в отпуске средств ему было отказано.

Тогда через газеты была объявлена подписка на организацию экспедиции; в результате поступило около 100 тыс. руб., для распоряжения которыми из числа жертвователей был избран «седовский комитет».

Несмотря на все трудности, благодаря энергии и необычайной настойчивости Седова к 27 августа 1912 г. экспедиция была снаряжена настолько, что могла начать плавание. В состав экспедиции, кроме гидрографа Г. Я. Седова, вошли географ и метеоролог В. Ю. Визе, геолог М. А. Павлов, художник-фотограф Н. В. Пинегин и ветеринарный врач П. Г. Кушаков. Команда судна «Св. Фока», на котором отправилась экспедиция, состояла из 13 чел.; она возглавлялась командиром судна Н. П. Захаровым и штурманом Н. М. Сахаровым. «Фока» представлял собой старый деревянный барк, переделанный в двухмачтовое судно. Водоизмещение его составляло 273 т, паровая машина обладала мощностью в 100 л. с. Корабль вышел в плаванье с запасом угля лишь около 120 т, которого могло хватить не более чем на 23—25 ходовых дней.

К берегам Новой Земли

В полдень 27 августа 1912 г. при огромном стечении народа «Фока», перегруженный сверх всякой меры, отчалил от архангельской набережной и тихо поплелся на север, делая всего по 4 мили в час. Бассейн Белого моря был пройден благополучно, но уже в горле Белого моря начались трудности. Поднявшийся сильный встречный ветер развел крупную волну, с которой пароход не мог совладать. «Фоке» пришлось искать прикрытия на Терском берегу, откуда он смог выбраться только 1 сентября.

Через 4 дня опять задул штормовой встречный ветер, а 6 сентября над новоземельскими горами при солнечном небе и ясной дали стали появляться рваные клочья облаков, неподвижно застывавшие на месте. Барометр падал, и все предвещало «всток» — необычайной силы ветер со стороны Карского моря. На следующее утро «всток» в мгновенье превратил море в кипящий котел. Волны перелетали через палубу, мостик и даже через трубу парохода. Крупная волна унесла шлюпку и разбила находившуюся под ней собачью клетку, затем «всток» сорвал кливер, а потом и бизань-парус. Пока шторм был попутным, «Фока» с одним лишь вторым кливером несся со скоростью 11—12 узлов в час, т. е. втрое быстрее своего обычного хода. Нахлынувшей огромной волной была разбита в щепки вторая шлюпка и едва не выброшен за борт рулевой Лебедев.

В течение целых суток буря не ослабевала. Корабль занесло уже под широту 75°, где вскоре могли начаться льды. Опасаясь встречи с ними, Седов переменил курс на юго-восток. Вскоре выяснилось, что «Фока» находится вблизи чрезвычайно опасных в бурю новоземельских берегов, усеянных подводными камнями. К этому времени в трюме выскочили подпорки, крепившие груз, и он бился о борта, В трюме вода стояла угрожающе высоко, а откачивать ее было нечем, так как помпы засорились.

Видя критическое положение судна, Седов принял очень смелое решение — поставить «Фоку» под прикрытие новоземельского мыса Святой Нос, близ которого он в то время находился. Но, чтобы достичь этого места, нужно было «прошмыгнуть» через узкий проливчик в какой-нибудь сотне метров от гряды зубчатых подводных скал, обнажавшихся лишь по временам. Впиваясь глазами в скалы, Седов взялся за штурвал и с изумительной ловкостью буквально в нескольких метрах от смертельно опасных скал благополучно провел судно под прикрытием мыса. Здесь «Фока» был в безопасности.

10 сентября ветер значительно ослабел, вследствие чего явилась возможность продолжать путь. Седов направил «Фоку» в соседнюю Крестовую губу, чтобы пополнить цистерны с пресной водой и высадить на берег несколько матросов, оказавшихся негодными к плаванию. Через 2 дня поплыли дальше.

Целых 16 суток прошло со дня отплытия из Архангельска, а пройдено было так мало. После короткой передышки 1 сентября положение еще более осложнилось — появились льды. Эта неудача начала смущать весь экипаж. По плану корабль в это время уже должен был прибыть на Землю Франца Иосифа. Необычайно тяжелые ледовые условия 1912 г. и поздний выход из Архангельска расстроили все планы уже в самом начале.

Однако участники экспедиции старались не падать духом, беря пример со своего начальника. Седов делал героические усилия, чтобы пробиться вперед. Целыми днями, забравшись высоко на ванты, уверенно вел он старый корабль вперед, обнаруживая при этом большое искусство.

Первая зимовка

Несмотря на все усилия, «Фока» начал вмерзать в лед. 25 сентября была произведена последняя безрезультатная попытка пробиться. 28 сентября Седов приказал потушить котлы. «Фока» стал на зимовку в 200 м от берега Новой Земли, около полуострова Панкратьева, в бухте, названной Седовым «бухтой св. Фоки». К этому времени на корабле осталось не более 25 т угля. Вскоре у самого судна оборудовали метеорологическую станцию, заведывание которой было поручено В. Ю. Визе. Сам Седов принялся за сооружение астрономического и других знаков, необходимых для съемки местности. На судне был введен строгий зимний распорядок дня.

Во время зимовки 1912 г. Седов и его спутники провели ряд экспедиций, имевших целью всестороннее изучение Новой Земли. Наиболее ценные результаты дала экспедиция, совершенная к мысу Желания Седовым совместно с боцманом Инютиным. Она продолжалась 63 дня и оказалась самой трудной из всех. За это время Седов впервые произвел маршрутную съемку всего северо-западного берега и северной оконечности Новой Земли и части восточного ее берега. На пути он определил 4 астрономических и 4 магнитных пункта и высоты главнейших гор. Все это позволило ему нанести весь пройденный путь на карту, в результате чего было установлено, что прежние карты не верны.

Условия работы участников этой экспедиции оказались исключительно тяжелыми. По словам Седова они много выстрадали на этом пути и были близки к смерти. Лишения, перенесенные за эти два месяца, навсегда подорвали здоровье Седова, он потерял в весе 16 кг.

Географ В. Ю. Визе и геолог М. А. Павлов во время зимовки впервые пересекли поперек Новую Землю в самом широком и «таинственном» ее месте. Во время этого перехода была произведена подробная нивеллировка и опись части берега Карского моря и определены 1 астрономический и 1 магнитный пункт. Все это позволило построить геологические разрезы.

К Земле Франца Иосифа

В 1913 г. лед взломало только 3 сентября, когда «Фока» и получил возможность продолжать свой путь. Вследствие того что угля на пароходе оставалось очень мало, в топках вместо угля жгли звериное сало, тросы и старые паруса. С большим трудом удалось пробиться сквозь тяжелые льды к Земле Франца Иосифа. 13 сентября «Фока» бросил якорь у мыса Флора. Ожидаемых запасов угля Седов здесь не нашел.

Набив моржей (на топливе), экспедиция направилась дальше на север, с целью дойти до о. Рудольфа. Но скоро «Фока» был остановлен непроходимым льдом, и так как топливо к этому времени почти иссякло, то Седову пришлось остановиться на вторую зимовку. Местом зимовки очень удачно была выбрана бухта у северо-западного берега о. Гукера, которую Седов назвал бухтой Тихой.

Условия к началу второй зимовки резко ухудшились. Вследствие крайне однообразной и притом частью недоброкачественной пищи и недостатка свежего мяса среди участников экспедиции распространилась цинга. Отсутствие правильного лечения еще ухудшило дело. Седов тоже был болен цингой, но ни болезнь ни уговоры участников экспедиции не могли сломить его воли, несмотря на то, что он отдавал себе отчет в тяжести создавшегося положения. Решив во что бы то ни стало отправиться к полюсу, он сказал своим товарищам:

«Совсем не состояние здоровья беспокоит меня больше всего, а другое: выступление без тех средств, на какие я рассчитывал. Сегодня для нас и для России великий день. Разве с таким снаряжением надо идти к полюсу? Разве с таким снаряжением рассчитывал я достичь его? Вместо 80 собак у нас только 20, одежда, износилась, провиант ослаблен работами на Новой Земле, и сами мы не так крепки здоровьем, как нужно».

Поход к полюсу

15 февраля 1914 г. еще до восхода Солнца Седов вышел к полюсу с двумя матросами Линником и Пустотным, отправившимися с ним совершенно добровольно. Четырехмесячный запас провизии был погружен на 3 нарты, в каждую из которых было запряжено по 8 собак. Уже в первые дни пути Седов мог проходить только небольшие расстояния, так как у него от цинги сильно опухли ноги. Вскоре у него заболела и грудь. На седьмой день Седов уже не мог идти совершенно и был вынужден сесть на нарту. Несмотря на это, он и слышать не хотел о возвращении, настойчиво побуждая своих спутников двигаться вперед. Опасаясь, что они воспротивятся его воле и повернут обратно, Седов, лежа привязанным к нарте, крепко держал в руке компас и время от времени поглядывал на него. Иногда он шептал про себя: «Эх, эх... все пропало».

Чтобы добраться до о. Рудольфа, который уже виднелся впереди, пришлось сделать большой обход к востоку кругом полыньи. Седов чувствовал себя все хуже и хуже и почти все время находился в забытьи.

2 марта он стал жаловаться на нестерпимый холод и попросил своих спутников стать лагерем. До палатки он едва добрался на четвереньках. После того как матросы натерли ему ноги, на которых уже появились черные пятна, Седов приказал вести его дальше на север.

На следующий день неистовствовала буря. Седову стало совсем плохо. Жестокий шторм продолжался 3 дня. Голова Седова почти все время лежала на коленях у матросов, которые около его груди держали горящий примус. 5 марта 1914 г. под завывания полярной вьюги Седов скончался. Последние его слова были: «Линник, Линник... поддержи!» Последняя запись, сделанная им в дневнике 29 февраля, оканчивалась словами: «Посвети, солнышко, там, на родине, как тяжело нам здесь на льду».

Линник и Пустотный похоронили Седова на о. Рудольфа, покрыв его тем флагом, который он так упорно вез с собой, чтобы водрузить на Северном полюсе. 19 марта матросы в полном изнеможении добрели обратно до корабля и сообщили печальную весть о смерти Седова. Незадолго до их возвращения на судно от цинги скончался механик И. А. Зандер.

Весной 1914 г. участники экспедиции предприняли несколько экскурсий в южной части архипелага. В. Ю. Визе произвел съемку о. Гукера и нескольких островов к востоку от него. М. А. Павлов исследовал о. Гукера с геологической стороны. Во время этой зимовки впервые на Земле Франца Иосифа были поставлены систематические наблюдения над движением ледников. Все время продолжались метеорологические наблюдения.

Возвращение экспедиции

30 июля «Фока» смог выйти из сжимавших его льдов. Через 3 дня он добрался до мыса Флора. Для этого пришлось выпилить на топливо фальшборты и внутреннюю палубу. При подходе 2 августа к мыслу Флора на нем были обнаружены и взяты на борт штурман В. И. Альбанов и матрос А. Кондрат — единственные оставшиеся в живых участники полярной экспедиции Г. Л. Брусилова. Чтобы не пускаться в открытое море без топлива, экспедиция Седова разобрала на мысе Флора и погрузила на «Фоку» постройки экспедиции Джексона.

До 20 августа, за то время пока «Фока» пробивался сквозь льды, в его топках было сожжено все, что только возможно — все бревна с мыса Флора, запасные части, стенки кают и часть бимсов. Выйдя, наконец, на чистую воду под 75° с. ш., «Фока» пошел под парусами. Высота воды в трюме к этому времени достигла 1,25 м.

Только 30 августа дряхлому «Фоке» удалось добраться до становища «Рында» на Мурманском побережье. Вид многострадального корабля был таков, что он вызвал изумление даже у «видавших виды» поморов. Запасшись углем, «Фока» вернулся в Архангельск 6 сентября 1914 г.

Казалось бы, тут сразу же должны были кончиться мытарства участников экспедиции, многие из которых были серьезно больны. Однако этого не произошло. Матросам, находившимся в бедственном положении, пришлось дожидаться выплаты жалованья за время экспедиции до конца сентября, вследствие того что «Седовский комитет» отказался произвести с ними расчет, ссылаясь на отсутствие средств.

Заключительным штрихом, ярко иллюстрирующим бездушное отношение царского правительства к судьбе Седова, могут служить слова морского министра Григоровича, сказанные им при получении известия о гибели Седова: «Жаль, что не вернулся этот прохвост. Я бы отдал его под суд».

Заслуженную оценку героическая работа Седова и его спутников получила только при советской власти. Только при ней были обработаны и опубликованы научные материалы экспедиции. В настоящее время славное имя Седова с честью носит один из советских ледокольных пароходов. В бухте Тихой на Земле Франца Иосифа, там где была проведена вторая зимовка экспедиции Седова, построена самая северная в мире геофизическая обсерватория, а на о. Рудольфа, около которого Седов умер, находится самая северная в мире советская полярная станция.

Литература

Н. Пинегин. В ледяных просторах, 2-е изд. 306 стр. с фотографиями, 2 картами и 1 портретом. Изд. писателей в Ленинграде, 1933, и. 4 р. 25 к.

Н. В. Пинегин. Записки полярника, 332 стр. с фотографиями и 1 портретом. Севкрайгиз, Архангельск 1936, ц. 4 р. 45 к. пер., 1 р. 35 к.

П. Г. Кушаков. Два гола во льдах на пути к северному полюсу с экспедицией старшего лейтенанта Г. Я. Седова, ll+247 стр. с рис. и фотографиями. Изд. Главного гидрографического управления, Пг, 1920.

Л. Л. Брейтфус. Очерк экспедиции к северному полюсу старшего лейтенанта Г. Я. Седова. Вступительная статья П. Г. Кушакова (см. выше). стр. 1-78.

Б. Г. Островский. Безвременно ушедшие. Г. Я. Седов, В. А. Русанов, Г. Л. Брусилов и Э. В. Толь, 259 стр. с фотографиями. «Полярная библиотека», Изд. Всесоюзного арктического института, Л. 1934, 5 р. 50 к.

Сергей Беляков. «Святой Фока» и «Челюскин». Рассказ о трагедии и триумфе. 71 стр. с 2 вклейками. Севкрайгиз, Архангельск 1934, ц. 1 р. 10 к.

 

Читайте в любое время

Статьи по теме

Товар добавлен в корзину

Оформить заказ

или продолжить покупки