Портал создан при поддержке Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям.

Заметки о нашем поведении. Память и обучение

Доктор биологических наук Л. СЕРОВА

Память - наш основной ориентир в окружающем мире. Она придает направленность ходу времени, связывая настоящее с прошедшим, нас - с нашими предками, день сегодняшний - с вчерашним.

Память, ты рукою великанши
Жизнь ведешь, как под уздцы коня...

Николай Гумилев.

На схематическом изображении нервной клетки видны многочисленные места контактов - синапсы - с другими нервными клетками.
Жорж де Латур (1593-1652). Воспитание богоматери. Художник сумел передать состояние одухотворенного переживания в, казалось бы, самом обыденном занятии: запоминание вновь узнанного.
Академик Наталья Петровна Бехтерева и профессор Генри Вагнер в его лаборатории, где изучают проблемы, связанные с работой мозга. Институт Джона Хопкинса, г. Балтимор, США. 1988 год.
Моллюск аплизия, имеющий крупные нервные клетки, - один из объектов, которые используют при изучении биохимических механизмов памяти. На фотографии, сделанной с помощью электронного микроскопа, хорошо видны синаптические окончания, имеющие форму "бляшек".
Василий Андреевич Жуковский - поэт и воспитатель наследника, будущего царя Александра II.

Память - наш основной ориентир в окружающем мире. Она придает направленность ходу времени, связывая настоящее с прошедшим, нас - с нашими предками, день сегодняшний - с вчерашним. Память делает каждого из нас тем, что мы есть. Потеряв память, человек теряет себя. Именно память - накопление информации и передача ее от поколения к поколению - сделала реальным возникновение и развитие цивилизации.

Возможности памяти удивительны. До конца дней мы помним картины детства, стихотворения, выученные в школьные годы, друзей молодости... Каким образом все это запечатлевается в мозге, хранится годами и десятилетиями и "вынимается из памяти" по нашему желанию? Может ли современная наука понять и хотя бы частично объяснить это чудо? Или нам остается восклицать, подобно героине одного из романов начала прошлого века: "Право же, наша способность вспоминать и забывать кажется мне вовсе непонятной"?

Мозг человека содержит многие миллиарды нервных клеток - нейронов, каждый из которых связан с другими нервными клетками тысячами контактов-синапсов. Если подсчитывать все эти связи со скоростью одна связь в секунду, то потребуются миллионы лет, чтобы завершить подсчет! Такого количества клеток и связей вполне достаточно, чтобы хранить воспоминания всей жизни. В последние десятилетия открылись удивительные методические возможности для исследования нейробиологических основ памяти и обучения: микроэлектродная техника, электронная микроскопия, биохимия и молекулярная биология мозга. Конечно, задача детального изучения слаженной работы миллиардов клеток человеческого мозга фантастически сложна и все же, по образному выражению Н. П. Бехтеревой, одного из крупнейших исследователей мозга, "мы сейчас уже не у подножия вершины под названием "Мозг человека". Мы идем по склонам этого Эвереста".

В работах Н. П. Бехтеревой и ее сотрудников установлено, что мысль, рожденную восприятием и воспроизведением слов, сопровождают изменения активности нейронов в самых разных зонах коры и в подкорковых структурах мозга. Даже самые простые формы обучения включают в совместную работу нейроны многих отделов мозга - упрочиваются старые и возникают новые нервные связи, идет, по выражению Н. П. Бехтеревой, "прямо связанная с мышлением реорганизация активности нервных клеток". При этом одни и те же клетки могут принимать участие в решении разных задач.

Как известно, память бывает кратковременной и долговременной. В основе кратковременной памяти лежит движение "потоков возбуждения" по замкнутым нейронным цепям. Долговременную память обеспечивают биохимические изменения в нервных клетках. Пятьдесят лет назад Доналд Хэбб в книге "Организация поведения" впервые высказал предположение, что образование "следов памяти" связано с биохимической перестройкой синапсов - процессом, когда происходит построение новой системы межнейронных связей, сохраняющихся достаточно долго. Исследования последующих десятилетий (а они проводились на различных биологических объектах и с помощью все более совершенных методов биохимии и молекулярной биологии) подтвердили правильность этой концепции.

Англичанин С. Роуз в течение многих лет изучал "механизмы памяти" и написал увлекательную книгу "Устройство памяти от молекул к сознанию" (в русском переводе она вышла в 1995 году). Свои эксперименты он проводил на цыплятах. Им предлагали несколько бусин, одна из которых была горькой. Когда цыплята научались не клевать горькую бусину, различные отделы мозга обученных и необученных цыплят подвергали биохимическому анализу. Выявилось, что при обучении происходит каскад клеточных процессов. Они начинаются открытием ионных каналов в синаптических мембранах и работой сложной системы внутриклеточных сигналов, ведущей к синтезу новых белков. Эти белки в свою очередь включаются в мембраны отростков нервных клеток (дендритов) и приводят к изменениям, например к увеличению количества "шипиков" на поверхности дендритов, которые можно увидеть с помощью микроскопа. И тогда происходит изменение электрических свойств нервных клеток. Интереснее всего, что уже через час после формирования таких "следов памяти" те участки мозга, где они образовались, оказываются ненужными для того, чтобы вспомнить выученное. Создается впечатление, что следы "двигаются", распределяясь между разными участками мозга.

Итак, биохимики установили картину формирования "следов памяти" на клеточном уровне. А физиологи и клиницисты определили связь между способностью запоминать и вспоминать запомненное и состоянием различных отделов мозга. Известно: для памяти человека существенное значение имеют височные области коры мозга. Если их раздражать электричеством, то возникают зрительные и слуховые воспоминания из прошлой жизни, при этом раздражение разных участков вызывает разные воспоминания. В 1933 году лондонский психолог Ричи Рассел наблюдал 22-летнего мужчину, упавшего с мотоцикла и получившего травму левой передней части мозга. Через неделю после несчастного случая он мог разумно разговаривать, казалось, что сознание полностью восстановилось. Однако все происходящее он относил к 1922 году! Далее наступал провал памяти, его удалось ликвидировать лишь через многие недели.

В 1953 году 27-летний житель Канады, страдавший эпилепсией, был оперирован для облегчения симптомов болезни. Ему удалили часть височной доли мозга, часть гиппокампа и миндалевидное ядро. После операции больной хорошо помнил прошлое, прекрасно ориентировался в текущих событиях, но у него исчезла способность включать новую информацию в долговременную память. Не было связи событий. Он говорил: "Каждый день проходит сам по себе, какие бы радости или печали он ни приносил". У наблюдателей создавалось впечатление, что многие события стираются из его памяти задолго до конца текущего дня подобно тому, как мы стираем все записанное с доски после окончания урока...

Но и в нормальном, неповрежденном мозге полученная информация далеко не всегда переводится в долговременную память. Мозг проводит как бы фильтрацию, отделяет нужное от ненужного, спасая себя этим от перегрузки. По мере взросления человек учится отбирать для запоминания наиболее существенное. У пожилых людей умственные процессы протекают не так быстро, как в молодости, но зато формируется наиболее рациональная стратегия переработки информации. В последние годы среди психологов все больше укрепляется мнение, что в сегодняшнем мире едва ли не основной задачей системы образования должно быть не заучивание огромных объемов сведений, а преподнесение ученикам навыков, необходимых для "активной обороны" от потока средств массовой информации - не отгородиться от него высокой стеной, а научиться выбирать нужное.

У народов, не имевших письменности, память подлежала постоянному упражнению, а воспоминания - сохранению и обновлению. Письменность, книгопечатание, а в наши дни - компьютерные базы данных существенно расширили возможности нашей памяти, освободив мозг от необходимости сохранять огромное количество информации, которую можно "перепоручить" искусственной памяти. Даже самая простая привычка записывать, где и когда надо быть, что сделать, спасает от ненужной суеты и отрицательных эмоций, позволяя нашим нервным клеткам заниматься более важной работой.

Способность все запоминать и ничего не забывать вовсе не является идеальной. Нейропсихолог Александр Лурия в течение тридцати лет наблюдал необыкновенного пациента, который не умел забывать. Он был способен запоминать сложнейшие ряды цифр и знаков и, что самое удивительное, воспроизводить их через длительные интервалы времени - при этом создавалось впечатление, что он как бы читает одному ему видимую книгу. Сделала ли его счастливым такая фантастическая память? По-видимому, нет. Напротив, избыток памяти постоянно мешал ему заниматься текущими делами. В конце концов он все же нашел применение своему феномену, начав демонстрировать свои уникальные способности на эстраде...

Память - свойство мозга как единой системы. Она зависит не только от конкретных биохимических процессов, идущих в отдельных нервных клетках, но прежде всего от того, в каких именно клетках эти изменения происходят, от местоположения этих клеток в разных отделах мозга и их связи друг с другом. Основа памяти - установление связей между воспринимаемыми образами, нервными клетками и их ансамблями, между отделами и уровнями мозга. Извлечение информации из кладовых памяти подобно игре на удивительном по своей сложности инструменте, из которого опытный исполнитель извлекает чудесные мелодии.

Именно на установлении и последующем поиске связей основана мнемотехника - система приемов, облегчающих запоминание. В трактате "Об оракуле" Цицерон приписывает открытие правил запоминания поэту Симониду, жившему в V веке до н. э. Вот как это было. Знатный фессалиец Скопас устроил празднество, где Симонид должен был исполнить поэму в честь хозяина. Но Симонид включил в поэму хвалу не только хозяину, но и божественным братьям-близнецам - Кастору и Поллуасу. Рассердившийся хозяин заявил, что уплатит ему только половину суммы, а остальное пусть платят боги. Через несколько минут поэту сообщили, что на улице его ждут двое молодых людей. Когда Симонид вышел, крыша зала рухнула и погребла под собой хозяина и всех гостей. Юноши, вызвавшие поэта, были воспетые им боги, они наградили его за добрые слова и наказали хозяина за его низость.

Тела погибших были так изуродованы, что даже родственники не могли узнать своих близких, чтобы подобающим образом похоронить их. Им помог Симонид. Он запомнил, в каком порядке люди сидели за столом, и поэтому сумел опознать погибших. Этот случай, по словам Цицерона, подсказал Симониду принцип искусства запоминания: главное условие хорошей памяти - это способность упорядоченно располагать в мыслях все то, что следует запомнить.

Именно этот принцип позднее лег в основу создания так называемого "театра памяти", очень популярного в эпоху Возрождения. Его суть заключалась в следующем: у основания символических скульптур располагали объекты, подлежащие запоминанию. Со временем эти "театры" становились все сложнее, в них появились проходы, ярусы кресел, классические статуи, олицетворявшие добродетели, пороки и другие ключевые понятия. Венецианец Джулио Камилло даже построил настоящий деревянный театр, заполненный скульптурами, который он предлагал властителям как чудесное средство для упражнения памяти. Джордано Бруно использовал принцип "театра памяти" как средство классификации для постижения загадок Вселенной. "Театры памяти" служили моделями небес и преисподней. Предполагают, что именно такая мнемотехническая система была источником "систематизированного" описания кругов ада и рая в "Божественной комедии" Данте.

Этот принцип, интуитивно постигнутый человеком много веков назад, по-видимому, универсален. Не его ли используем мы и сегодня, составляя планы при написании сочинений, вводя рубрикацию в компьютерные базы данных? Если рубрикация удачна, мы быстро находим нужное, если нет - "перерываем" весь материал в поисках маленькой справки. По этому же принципу строилось и наше университетское образование, по крайней мере, сорок лет назад, когда я занималась на биофаке МГУ: нас учили не столько запоминать факты, сколько находить связи между ними, ориентироваться в мире книг, справочников, журналов, где эти факты можно найти, то есть строить все тот же "театр памяти". Прошли годы, выученные факты забылись или устарели, а усвоенные на всю жизнь принципы по-прежнему помогают работать с новыми сведениями.

Уже после рождения размер мозга человека увеличивается более чем в четыре раза (у шимпанзе - только в 1,6 раза), формируется большая часть нервных контактов-синапсов, имеющихся в мозге взрослого человека. У каждого из нас такие долгие "детство, отрочество и юность", каких нет ни у кого из животных, обитающих на нашей планете. Это для того, чтобы постичь все лучшее, что создано предками, узнать об их ошибках и не повторять их (увы, это далеко не всегда бывает). "Воспитание начинается с колыбели, учение в отрочестве, то и другое продолжаются до конца молодых лет. Тогда судьба принимает питомца из рук воспитателя и наставника и продолжает его земное воспитание до гроба; долг воспитателя и наставника состоит единственно в том, чтобы сделать питомца своего способным внимать наставлениям судьбы и воспользоваться ими с достоинством человека", - так написал замечательный поэт и педагог Василий Андреевич Жуковский в "Плане учения", составленном им для своего воспитанника - цесаревича, будущего императора Александра II. Жуковский использует все тот же принцип "театра памяти". Он планировал в ходе обучения, уподобляемого им путешествию с компасом по карте знаний, дать воспитаннику развернутые и связанные ответы на основные вопросы жизни: "где я?", "что я?", "что я быть должен и к чему предназначен?"

Приведу несколько примеров из этого плана.

- Где я и что меня окружает: небесные тела; Земля и все, что на ней есть.

- Что я: человек физический (строение тела); человек нравственный; человек в отношении к окружающей природе; человек в отношении к другим людям; ход изменения человеческого общества (история вместе с географией); нынешнее состояние человеческого общества.

Все это "должно преподавать в связи" и в ясной и полной системе с тем, чтобы научить понимать логику мира, а не рабски заучивать факты...

Такие вот простые принципы сформулировал замечательный мыслитель XIX века.

Конечно, капитальные преобразования общественного "театра памяти", произошедшие в нашей стране дважды в течение одного последнего столетия, не могли пройти бесследно для системы образования. Но дело не только в этом. А в том, что в большинстве учебных программ факты и механическое запоминание преобладают над поиском логики и связи явлений, над возможностью построить свой "театр памяти", театр житейских и нравственных ориентиров.

Чтобы достичь заветной цели, надо, как минимум, ее иметь. Какова она - эта цель - у наших школьников: успокоить родителей хорошей отметкой, перейти в следующий класс, поступить в институт? В плане В. А. Жуковского цель совсем иная. "Учение, - пишет он, - образует для добродетели". Добродетели, которой так не хватает нашему обществу. Может быть, потому, что мы не ищем ее, не учим и не учимся ей?!

ДОМАШНИЙ ТЕАТР ПАМЯТИ

Попробуйте использовать принцип "театра памяти" (по сути, принцип упорядоченного расположения запоминаемого материала) при обустройстве своего рабочего места, составлении архива, написании статей, обучении...

В школе вы имели отличные отметки по истории, потом всю жизнь читали историческую литературу, знаете много фактов, но все они остаются "сами по себе". Вы не можете связать воедино даты, события, имена. Знакомая картина? Пусть ваши дети учат историю иначе - проще и эффективнее. Помогите им в этом. Возьмите длинную ленту миллиметровой бумаги и нанесите на нее шкалу времени, для начала хотя бы за последние 300 лет - от эпохи Петра I. А теперь заполните временные интервалы основными связанными с ними событиями. Введите в этот "театр памяти" близкие вам ориентиры, яркие вехи. Это могут быть имена царей, битвы, географические открытия, имена литераторов и ученых. Тоскливое запоминание дат быстро превратится в интересную и полезную игру.


Много ли вы знаете о жизни прадеда, деда, не говоря уже о более далеких предках? Хотели бы знать больше? Тогда предоставьте такую возможность своим потомкам: напишите автобиографию для своих детей, а они пусть напишут для своих. Так возникнет история рода, которая для каждого из нас, наверное, не менее важна, чем история Всемирная. Если "нет сил" написать автобиографию, запишите хотя бы основные события жизни, заведя для этого специальный красивый журнал. У нас в семье сохранился такой журнал, начатый одним из предков в Петербурге в 1703 году. Он содержит самые простые сведения: имена и фамилии, даты рождения, женитьбы и смерти, информацию об участиях в сражениях и наградах. Только сухие факты, но держать эту книгу в руках удивительно интересно. Сделайте такой подарок потомкам, которые будут жить через 100- 200 лет после вас. По собственному опыту знаю, что они скажут вам спасибо.


Не посещает ли вас иногда ощущение, что прошли неделя или даже месяц, а вы ничего не сделали? Чтобы этого не было, потратьте в начале каждой недели 10 минут на составление плана основных дел, а в конце недели - столько же на подведение итогов. Очень просто и, уверяю вас, эффективно.


Вообще шире используйте возможности "искусственной памяти". Не перегружайте свой мозг информацией, которую можно записать или найти в справочнике. Правда, по свидетельству Платона, Сократ говорил, что записи "разрушают память". Наверное, в том смысле, что, записывая, а не заучивая, мы оставляем память без ежедневной тренировки. Но времена изменились: ни Сократ, ни Платон не могли представить, какой объем информации обрушивается на человека в наши дни.

Если же вы непременно хотите тренировать память, учите хорошие стихи, помимо прямого результата - упражнения в запоминании - они введут вас в мир высокой гармонии, у вас будут в запасе стихи-помощники "на каждый день", на каждую тяжелую минуту, о чем так хорошо сказал М. Ю. Лермонтов:


В минуту жизни трудную
Теснится ль в сердце грусть:
Одну молитву чудную
Твержу я наизусть.


Есть сила благодатная
В созвучье слов живых,
И дышит непонятная,
Святая прелесть в них.


С души как бремя скатится,
Сомненье далеко -
И верится, и плачется,
И так легко, легко...

 

Читайте в любое время

Портал журнала «Наука и жизнь» использует файлы cookie и рекомендательные технологии. Продолжая пользоваться порталом, вы соглашаетесь с хранением и использованием порталом и партнёрскими сайтами файлов cookie и рекомендательных технологий на вашем устройстве. Подробнее

Товар добавлен в корзину

Оформить заказ

или продолжить покупки