Два - один в пользу Гарварда

Интервью с победителем Международной химической олимпиады, ныне студентом Гарвардского университета Александром Жигалиным.

Александр Жигалин – абсолютный победитель Международной химической олимпиады в 2017 году. Такая победа открыла для вчерашнего школьника двери лучших университетов мира. Александр поступил в Гарвард, где учится уже второй год. Учёба в престижном университете, трамплин для будущей карьеры – сбывшаяся мечта многих молодых людей и их родителей. Но что лежит на другой чаше весов? Что чувствует и о чём думает сам человек, в одночасье оказавшийся в совершенно новом мире, где очень многое устроено совсем по-другому? Мы решили опубликовать это интервью не только из-за интересного взгляда от первого лица на образование за рубежом, но и потому что оно помогает задуматься. О чём – каждый решит сам для себя. Интервью подготовила Анастасия Антропова.

garvard.jpg

Александр Жигалин. На заднем плане – здание Мемориального зала Гарвардского университета (Memorial Hall).

Чем ты увлекался в детстве, и что привело тебя в химию?

В химию я попал не сразу. Сначала у меня были другие мечты: хотел стать космонавтом, затем палеонтологом, потом зоологом. В 5 классе думал, что буду писателем. Химией решил заняться практически случайно. Как-то в 8 классе посмотрел сериал «Во все тяжкие» (американский телесериал о школьном учителе химии, вставшем на криминальный путь – прим. ред.) и понял, что ничего не понимаю в химии. Тогда я купил себе книжку и всё лето честно занимался. На лето запала хватило, а осенью пошёл в кружок, чтобы поддерживать этот интерес.

А как ты попал на международную олимпиаду?

На олимпиаду я попал ещё более случайно, чем «в химию». В 7-8 классах ходил на олимпиады по географии и физике – но никогда не проходил дальше первого тура. А в 9 классе решил попросить нашу учительницу дать мне попробовать пройти школьный тур, до конца которого оставалась всего пара дней. Сначала я прошёл на муниципальный этап, потом на региональный, а потом и на всероссийский. Появился спортивный интерес. Когда выиграл Всероссийскую олимпиаду, собирался участвовать в ней и в следующем году. Нельзя было понижать результат, нужно было выигрывать дальше. Так что это счастливая случайность и удача. А после того, как я первый раз прошёл на заключительный этап, я начал ездить на сборы команд Москвы и России по химии, где и познакомился с людьми, которые «варятся» в химии и увлекаются тем же, чем и я.

И каких результатов ты добился на международном уровне?

Существует две самые крупные олимпиады по химии: Менделеевская и Всемирная олимпиада. По правилам золото получает не один победитель, а несколько человек, набравших наивысшие баллы. И далеко не сразу я стал самым первым. Сначала получил золото на Всероссийской олимпиаде в 2015, 2016 и 2017. На Менделеевской в 2016 был седьмым, в 2017 стал первым. На Международной (Всемирной) в 2016 был четвёртым, а самым первым стал только в следующем году.

международная олимпиада.jpg

Призёры 49-й Международной химической олимпиады (2017 г., Тайланд). Слева направо: Александр Жигалин (абсолютный победитель), Руслан Котляров (золотая медаль), Кирилл Козлов (серебряная медаль).

Почему ты решил поступать в американский университет? Ведь с победой на международной олимпиаде ты мог выбрать любой российский вуз. 

Я не мог себе позволить учиться заграницей за деньги, поэтому нужно было найти место, где мне оплатят обучение, и чтобы это обучение было на английском. Университеты США привлекают тем, что обещают оплачивать всё: обучение, общежитие и питание. Хотя не все университеты так щедры, конечно. Все обещают, что готовы платить за студентов, однако, если студенту нужны деньги, то это может стать поводом не брать его. Самые престижные университеты официально заявляют, что берут студентов, не оценивая их финансовое положение. В числе этих университетов как раз Гарвард, Йель, Принстон и некоторые другие.

Но, кроме финансирования, у колледжей США есть и другие преимущества. Это возможность выбирать. Сейчас объясню, что я имею в виду. У студентов колледжей США всегда есть выбор, что учить и в каких объемах. Как ты используешь эту возможность – это уже твоё дело. Можешь изучать множество предметов или же очень глубоко уйти в одну область. К тому же мне кажется очень важным возможность соприкоснуться с профессией, прежде чем её выбрать как свою. Ты не можешь до какого-то момента объявить, что будешь, скажем, химиком. Ты обязан потратить больше года на обдумывание этого вопроса, а решение уже принять на втором курсе. Конечно, и в 19-20 лет можно промахнуться с выбором, но к двадцати ты всё-таки будешь более информирован, чем когда тебе 18 и тебе надо решать, какие сдавать ЕГЭ.

Но и в целом то, что ты будешь изучать в колледже, не должно определять, чем ты будешь заниматься всю оставшуюся жизнь. Если говорить о цели образования в США, то оно больше направлено на то, чтобы сформировать человека, который имеет представление о том, что происходит в мире, умеет грамотно выражать свои мысли, много читает. Они не готовят конкретно учёных. Они готовят людей, которые будут частью этого мира, которые будут понимать, что в нём происходит. В университетах много информации о том, что делать после обучения, что делать помимо него, что можно делать во время каникул, где работать и как связаться с работодателем. Регулярно проходят карьерные ярмарки, есть отделы по трудоустройству. В Гарвард приходят из Google и Facebook и интересуется, как дела у студентов. Сильные мира сего приходят на лекции, ужинают со студентами, преподают здесь. Все, кому необходимы связи с этими людьми, могут получить их без каких бы то ни было проблем.

Университеты в России больше сфокусированы на академической составляющей, в них выше академические требования к студентам. В США же какие-то люди могут совсем не учиться. Академические знания для многих в Гарварде не в фокусе внимания. Многие говорят, что здесь важнее не образование, а связи. Студенты знакомятся с людьми, которые смогут помочь в будущем, через университет выходят на компании, которые могут дать перспективную работу. Отсутствие обязательной программы даёт студенту определенную свободу, и это можно считать ключевым отличием университетов США от наших.

Какие предметы изучаешь ты?

Я беру много химии, но я, скорее, исключение из правил.

Почему ты – исключение? Какие предметы берут другие студенты?

До выбора специальности студенты чаще всего пробуют себя в разных сферах. Есть, конечно, обязательные курсы: например, курс академического письма (обучение грамотному изложению мыслей). Те, кто не разбираются в науках, должны взять хоть какой-то естественнонаучный предмет, чтобы хотя бы соприкоснуться с этой областью знаний. Есть требования для будущих врачей, и они должны сначала закончить бакалавриат, прежде чем поступать в медицинскую школу. Таким образом, ты получаешь общее образование, а не только изучишь область своей специализации. Ты должен взять курсы из разных областей: искусства и гуманитарные науки, естественные науки и инженерия, социальные науки, эмпирическая и математическая логика.

Кто поступает в Гарвард?

Необязательно быть самым умным или круглым отличником с огромным багажом знаний. Главное – правильно себя подать. Ведь у студентов оценивают не только академические знания, но ещё и их спортивные достижения, увлечения и личностные качества. Если высок балл в пункте «академических знаний», высок и шанс, что этого студента решат взять, но также важно, чтобы всё остальное из перечисленного было на уровне. Человек должен выглядеть скорее не пассивным нердом, а личностью, всей душой увлеченным чем-то. Если, например, ты очень крутой спортсмен и в целом хорошо учишься, ты можешь связаться с тренером и рассказать о своих достижениях, а тренер может тебя принять в команду, и тогда поступление почти гарантировано.

Библиотека-4.jpg

Библиотека в студенческом доме Данстер Хаус (Dunster House Library).

Какая последовательность действий при поступлении? Какие экзамены нужно сдавать?

Чтобы поступить, нужно в первую очередь заполнить определенную форму на сайте, выбрать университеты (их должно быть не более 20), и ответить на вопросы о себе и своём образовании. Потом нужно сдать экзамены, которые сдают американские школьники при поступлении в колледж. Это делается в специальных центрах в Москве.

Но эти экзамены простые, и людей, которые могут хорошо их сдать, – множество. Что действительно важно – это что ты за человек и как ты себя им продашь. Принимая студента, колледж делает вложение в будущее, в конкретного студента. Нужно, чтобы то, что делает студент, он делал хорошо, и чтобы в будущем «славил имя своего университета своими достижениями». Они хотят взять студента, который в чём-то лучше других.

Очень важная часть, которую многие русские абитуриенты недооценивают, – это эссе. Ты пишешь эссе не про что-то абстрактное, ты пишешь о себе. Одно эссе общее, на более глобальную тему, оно одно на все колледжи. Другое – это то эссе, которое ты пишешь для каждого конкретного колледжа. И здесь не нужно показывать, как ты умеешь писать, нужно написать, кто ты такой. Темы эссе могут быть совершенно разными: «Расскажите про значимый момент своей жизни, и что вы из него вынесли», «Расскажите про то, как вы когда-то бросили вызов какой-то идее, и что из этого вышло», «Расскажите про что-то, что стало началом периода личностного роста». Важно не то, как ты пишешь, а что ты пишешь. Эссе небольшие и тут нельзя «словоблудить», нужно знать, что конкретно ты хочешь сказать.

После эссе приходит черёд интервью. Все колледжи, если они заинтересованы в студенте, стремятся организовать его. Обычно его проводит выпускник университета. Этот человек специально прошёл определенные тренинги и в курсе, что и как спрашивать у абитуриента. Самое грустное — это то, что интервьюер ничего не знает о тебе, он не читал твою заявку и твоё эссе, приходится рассказывать ему обо всём заново. Интервьюер, который должен был поговорить со мной в Москве вживую, был в отпуске, а дедлайн был близок, поэтому я говорил с сотрудницей приёмной комиссии по скайпу, которая читала мою заявку и моё эссе, и оно ей понравилась! Судя по всему, интервью много значит. Она уточняла некоторые детали из моей заявки: про театральный кружок, который я указал в анкете, про школу, про олимпиаду. Ещё одна значимая часть интервью — это та часть, в который абитуриент должен задавать вопросы интервьюеру. Я спросил, есть ли предвзятое отношение к студентам из разных мест. Как ни странно, ей этот вопрос показался существенным. Она мне ответила, что в Гарварде нет предвзятого отношения к студентам, и это действительно так.

А какие есть минусы Гарвардского университета?

То, что я называю минусом, само по себе должно быть плюсом, но этот плюс превращается в минус, когда ты не можешь с этим совладать. Минус – это то, что все кругом бегают и хватаются за все возможности, за все работы, за все клубы, за всех людей. Ощущение, что все что-то делают. Каждый использует свой день, чтобы куда-то пролезть, чего-то добиться. И ты, который гораздо меньше привык к такой временной гонке, к такому поиску, должен либо подстраиваться, либо страдать. В любом случае нельзя не понимать, что люди, получившие школьное образование в Америке, обладают местным типом мышления, что надо стремиться соответствовать их уровню энтузиазма в поиске собственного будущего. Но не всегда есть на это силы, и когда их нет, то ты лежишь на кровати в своей комнате с глазами в потолок и думаешь, что тратишь свое время зря, что у них будет будущее, а ты своё будущее совсем не знаешь и не пытаешься узнать. Для меня важно научиться в этих условиях более осмысленно использовать своё время. Тут сложно просто учиться, нужно постоянно делать что-то помимо этого.

Часто случается такая ситуация. Какой-то однокурсник спрашивает: «Что ты делал во время зимних каникул?» Ты отвечаешь: «Ничего, книжки читал, гулял, мне было отлично». Из вежливости спрашиваешь, что он делал. И выясняется, что он работал в Китае или же преподавал в Греции... И периодически слушаешь, и понимаешь, что вещи, о которых он или кто-то другой говорит, тебе уже знакомы, что в сентябре присылали рассылку с информацией о работе в Китае или преподавании в Греции. Но тогда, в сентябре, казалось, что всё это ещё не для тебя, а они не думают об этом, а просто берут и делают. Необязательно, что это правильный путь, однако они это делают.

Гарвард-1.jpg

Многочисленные фуд-траки или закусочные на колёсах – один из непременных атрибутов Бостона.

Расскажи о различиях в воспитании и мировоззрении русских и американцев.

Американцы постоянно задают себе вопрос «как я трачу своё время?» И в результате они постоянно находят себе занятия: кто-то в Гарварде собирает деньги на благотворительность, кто-то продвигает общественные инициативы, кто-то занимается по-взрослому наукой. У детей, выросших в США, большая привязка к жизни, к практической деятельности, к умению устроить свою жизнь и пониманию, как это сделать. Не хочу говорить за все школы, но у меня почему-то складывается ощущение, что это проблема не только моей школы, но и вообще российского образования. В школах внимание уделяют теоретическим знаниям, а не практическим навыкам. Здесь же родителей беспокоит не только пресловутый вопрос «что нужно вызубрить для поступления», но и что их дети должны знать и уметь, чтобы поступить в колледж и дальше сделать для себя какую-то жизнь. Основной вопрос — что дальше? Кем я буду работать, в чём будет моё счастье? Вопросы про будущее. Эти вопросы намного больше связаны с реальностью.

Я признаю, мне мешает, что у меня другое отношение к реальности. И я не утверждаю, что моё отношение хуже. Просто я не знаю, каким образом строить свою жизнь. Внешне можно сохранять «картинку», говорить, например, что я буду работать в лаборатории (у нас здесь есть такая возможность) со следующего семестра. Фишка в том, что сейчас я поддерживаю лишь внешнюю картинку, мол, тоже занимаюсь делами, но на самом деле нет точного понимания, что это именно то, чего я хочу. Может, это только со мной такая проблема. Может, это общая проблема для выпускников моей школы. Может, это проблема нашей системы образования. Мне сложно представить, что я буду делать в длительный промежуток своей жизни. Многим здесь, судя по всему, это представить легче.

Для примера расскажу про моего соседа по комнате. Он берет такие курсы, которые многие боятся брать, а уж тем более брать одновременно, в течение одного семестра: линейную алгебру, органическую химию, и объединённые науки (этот предмет считается за два). С одним из этих классов справиться вполне реально, но с тремя — это уже на грани фантастики. Плюс ко всему он работает в лаборатории, вырезает сердца мышат, смотрит на их регенеративную способность. Параллельно с этим он играет в оркестре на альте: ходит на репетиции, участвует в концертах. А ещё он геймер, постоянно играет в компьютерные игры, параллельно слушая классическую музыку. Он ложится спать позже меня и просыпается раньше меня. Он выдающийся кадр по здешним меркам, но он отлично иллюстрирует то, как можно делать множество дел одновременно и выживать.

Между какими университетами было сложнее всего выбирать, и почему в «финальной битве» победил Гарвард?

Сложнее всего было выбирать между Гарвардом и MIT (Массачусетский технологический институт – прим. ред.). Выбирать было сложно, потому что все мои знакомые, связанные с химией, говорили «точно MIT». Все мои знакомые, не связанные с химией, говорили «точно Гарвард». Примерно 1:2 в пользу Гарварда. Здесь опять вставал вопрос наличия выбора в колледже, потому что MIT как-никак научный. И, несмотря на то, что ты можешь изучать не только науку в MIT, это будет просто глупо. MIT по сути определяет твоё существование, делает какой-то выбор за тебя. По сути, идя учиться в MIT, ты соглашаешься заниматься наукой.

Гарвард.jpg

Александр Жигалин.

Но я подумал, что на бакалавриате в Гарварде тоже можно заниматься наукой, но любой другой выбор, который можно здесь сделать, будет эквивалентно хорош, захоти я заниматься экономикой, биологией, психологией – чем угодно. Здесь больше возможностей свернуть куда-то в другую сторону. И в целом, мне кажется, для бакалавриата важнее атмосфера, какие вокруг люди, и для меня важно, что люди кругом разные. Мне очень нравится местная архитектура – мне нравится дух старины. То есть даже на уровне американского образования, которое очень либерально в плане выбора, я, получается, выбрал более открытый вариант. Если я хочу заниматься химией, я пойду учиться дальше, буду получать степень, но до этого момента у меня ещё будет возможность «одуматься», выбрать что-то другое. Что это другое, правда, остаётся загадкой.

Что бы ты хотел сказать напоследок тем, кто всё же добрался до последних строк этого интервью?

Я бы хотел пожелать им наглости заниматься тем, что нравится, а также усидчивости и настойчивости, чтобы из этого что-то вышло. Одним желанием, конечно, результата не добьёшься, но без энтузиазма никакое дело склеить тоже не получится. Я желаю им обладать такими мечтами, которые будут двигать их вперед. Вначале, когда я открыл учебник по химии, я не знал, куда меня это приведёт. Кто знает, куда приведёт вас ваша «химия».

17 Октября 2019

Автор: Анастасия Антропова

Источник: Наука и жизнь(www.nkj.ru)

Случайная статья

Товар добавлен в корзину

Оформить заказ

или продолжить покупки